ხრულოვის კოლონის ეპიზოდის აღწერა.
ეს კორესპონდენტი თავად იყო კოლონაში და დაიჭრა კიდევაც.
შემდგომში თბილისში შეხვდა ქართველ მებრძოლს რომელიც
ამ ბრძოლაში მონაწილეობდა და დაიჭრა.
Человек из засады Наш спецкор посмотрел, как сейчас живет Грузия, и встретился в Тбилиси с офицером, атаковавшим первое российское подразделение, входившее в столицу Южной Осетии в августе прошлого года.
Александр КОЦ.
Этот снимок был сделан 9 августа 2008 года за две минуты до того, как колонна 58-й армии попала в засаду в Цхинвале. За этим поворотом на своей огневой позиции сидел лейтенант Давид Гвишиани.
Фото: Фото автора.
Первый раз мы встретились с Давидом Гвишиани 9 августа 2008 года около 16.00 на въезде в Цхинвал. Но познакомиться тогда не пришлось. Я валялся под насыпью с простреленной рукой, он - в сотне метров от меня на перекрестке, у забора, с раздробленным гранатой коленом. Если бы не ранение, лейтенант грузинской армии наверняка продолжил бы бой, стреляя в нас. И обижаться на это глупо - на войне как на войне, есть только белое и черное. Свои - по эту пусть кривую, пунктирную, но линию фронта, враги - по ту...
Полгода спустя мы сидим с Давидом в тбилисской кафешке «Марко Поло» на проспекте Руставели. И все уже не так однозначно, как в августе, - и в отношениях двух наших стран, и, я надеюсь, в наших отношениях с лейтенантом. На молодом парне с небритым худощавым лицом и дерзким взглядом - черные джинсы, зеленый армейский джемпер, нелепая бейсболка.
- Как нога? - спрашиваю Давида, с трудом поднявшегося на второй этаж, опираясь на трость.
- До свадьбы заживет, - выдавливает он улыбку. - Как рука?
- Стакан держит, - тоже отшучиваюсь и протягиваю ему меню на грузинском. - Что тут можно заказать?
«РУССКИЙ КИНУЛ ДВЕ ГРАНАТЫ» - Вас должны были остановить еще на подходе к Цхинвали, - неохотно вспоминает Давид Гвишиани. - Там на дороге был выставлен блокпост - танк и около полусотни резервистов, стрелки и гранатометчики.
- Я помню этот пост, в танке никого не было, мы мимо него проехали.
- Да, они должны были вас атаковать и отойти в город, перегруппироваться с основными силами. - На лице Давида заиграли желваки. -
Но они просто сбежали. Скатились по склону в город. Мы распихали их по позициям. Когда колонна растянулась по улице, ударили по головной машине. Начался бой. - Где ты был?
- Позиция у небольшого перекрестка, забор, за забором - двухэтажное здание, там стрелки сидели, я - со стороны дороги, за бетонными плитами.
- В кустах? - узнаю в его описании знакомые ориентиры.
- Да. Трое нас было. Открыли огонь по «уазику». По нам, над головами, ударил БТР из крупнокалиберного пулемета. Мы от неожиданности вскочили, в этот момент кто-то из русских бросил подряд две гранаты. Я потерял сознание, подобрали меня наши часа через три. Я прекрасно помню этот момент.
Гранаты бросил осетинский спецназовец. Две фигуры в натовском камуфляже (третьего, кажется, убили раньше автоматной очередью) упали в разные стороны, как половинки дерева, рассеченного молнией. Крики, дым, пальба со всех сторон... От огня мы минут десять прятались за теми самыми плитами, рядом с двумя грузинскими телами. Мне и в голову не пришло тогда, что один из них жив. И это был Давид Гвишиани...
А через несколько минут в сотне метров от Гвишиани упал и я. Что можно было понять в той суматохе?
- Помянем погибших?- разливаю остатки вина.
- Ты - своих, я - своих, - вдруг холодно отрезает лейтенант. - Я думал, ты пришел извиниться... - За что, Давид? - От неожиданности я растерялся.
Кажется, даже музыка в кафе стихла. Студенты забыли о своих ноутбуках, два официанта старательно, но беззвучно полируют соседний столик. Так бывает в хреновом кино перед какой-нибудь жизнеутверждающей фразой типа «Аста ла виста, бейби».
- За своих... - кладет он на стол 100 лари, встает и, хромая, спускается к выходу.http://kp.ua/daily/100309/172304/რა რეზერვისტებზეა საუბარი ვერ გავიგე.
· 
საბრძოლო მოქმედებების ვიდეოები, ოპერაციები, შეტაკებები, სროლები ...
